BLACKSEAFOR: дружить флотами?

2 апреля 2001 г. в Стамбуле состоялось подписание Соглашения о создании военно-морской группы оперативного взаимодействия BLACKSEAFOR. Круглая дата, помимо присущей ей праздничной торжественности, является также поводом для серьезных размышлений о специфике роли и места BLACKSEAFOR в системе безопасности черноморского региона.

13 августа 2011 г в Новороссийске над соединением кораблей Черноморской группой военно-морского сотрудничества BLACKSEAFOR в рамках плановой ежегодной ротации торжественно принял командование представитель ВМФ России капитан 1 ранга Юрий Земской. Командующие флотами Болгарии, Грузии, России, Румынии, Турции и Украины, своими подписями удостоверили передачу командования BLACKSEAFOR российской стороне. 16 августа в рамках ежегодной «активации» корабли пяти черноморских стран (в т.ч. украинский тральщик «Черкассы») вышли из порта Новороссийск и 19 августа прибыли в турецкий порт Трабзон. 23 августа, в соответствии с планом августовской активации BLACKSEAFOR, корабли соединения вышли из турецкого порта Трабзон и 26 августа прибыли в болгарский порт Варна. На переходе Трабзон–Варна экипажи кораблей провели учения по противоминной обороне, борьбе с надводными целями, противовоздушной обороне, тренировки по организации гуманитарной операции и операции по сохранению окружающей среды.

Нынешняя активация BLACKSEAFOR завершилась 29 августа.
Для BLACKSEAFOR нынешний год – юбилейный: 2 апреля 2001 г. в Стамбуле состоялось подписание Соглашения о создании военно-морской группы оперативного взаимодействия BLACKSEAFOR. (Инициатором его создания выступила в 1998 г. Турция, обеспокоенная общей нестабильностью в черноморском регионе; участниками переговорного процесса, завершившегося в декабре 2000 г. стали все страны Причерноморья.) В соответствии с Соглашением, BLACKSEAFOR должна состоять из четырех — шести кораблей разных классов: фрегат (или эсминец), корвет (или патрульное судно), минный тральщик, десантный корабль и военно-морское вспомогательное судно. С 2001 г. BLACKSEAFOR раз в год собирает корабли вместе. Церемония открытия первого сбора BLACKSEAFOR прошла 27 сентября 2001 г. на турецкой военно-морской базе Гельджук.

Круглая дата, помимо присущей ей праздничной торжественности, является также поводом для серьезных размышлений о специфике роли и места BLACKSEAFOR в системе безопасности черноморского региона.
Региональная составляющая международного военно-политического и военного сотрудничества в сегодняшнем геостратегическом контексте обретает особые значение и значимость. Геоэкономический кризис в Европе достаточно негативно повлиял на военные бюджеты европейских стран (и без того сокращающиеся) и еще более осложнил непросто налаживаемое военное и военно-техническое сотрудничество в общеевропейском масштабе.

Довольно невыразительная в военном отношении реакция ЕС на кризис в Ливии, осложненная позицией Германии, достаточно ярко проявила общую слабость «военной машины» Евросоюза, на которую возлагали немалые надежды.

В силу общей малоэффективности общеевропейских механизмов обеспечения международной безопасности возрастает значимость субрегиональной ее составляющей и, соответственно, роль субрегиональных структур военного характера. Достаточно показателен прежде всего проект EUROMARFOR (совместные сухопутный и морской контингенты Италии, Испании, Франции, Португалии при определенном участии Греции), еще в 1998 г. достигший оперативной готовности. (Одним из недавних проявлений этой тенденции стало развитие т.н. «Вышеградской боевой группы», к участию в которой приглашена и Украина.)

Однако, в отличие от EUROMARFOR или «Вышеградской боевой группы», у BLACKSEAFOR на данный момент больше проблем, чем перспектив. За десять лет существования BLACKSEAFOR стал не столько военно-морским «блоком», сколько скорее «клубом», где военные стран-участниц могут без посредников решать преимущественно узкоприкладные проблемы военного и военно-технического сотрудничества в контексте обеспечения безопасности в Черноморском регионе. Тем более, что BLACKSEAFOR является первой в мировой практике многонациональной военно-морской группой оперативного взаимодействия, предназначенной для использования в чрезвычайных ситуациях исключительно в мирных целях.

В 2001 г. международное корабельное соединение, находившееся у берегов Турции, после затяжных консультаций так и не получило политическое «добро» на выход в район падения обломков случайно сбитого украинской ракетой российского самолета Ту-154. Это сразу показало – вряд ли BLACKSEAFOR сможет стать реальной «объединительной силой» с достаточным запасом гибкости и инициативы, способной решать не символические, но достаточно серьезные проблемы субрегиональной безопасности. В итоге, перспективный военно-морской проект, в период 2001-2006 гг., в принципе, отвечавший вызовам региональной безопасности, постепенно растерял свой политический потенциал и перестал развиваться.

Дальнейшее развитие событий подтвердило пессимистический прогноз – на одиннадцатом году существования, трансформации BLACKSEAFOR в структуру, подобную, скажем, южноевропейской военно-морской структуре EUROMARFOR ожидать не приходится.

Малая перспективность развития BLACKSEAFOR объясняется как внешними, так и внутренними факторами.
Внешние факторы определяются общей геополитической ситуацией – периферийностью Черного моря на карте мировой «политики силы». В отличие от вод Африканского Рога или даже Средиземноморья, Черное море является относительно «спокойным» – угрозы пиратства и контрабанды невысоки, а угрозы «силового» военно-морского конфликта или серьезного кризиса в любой из черноморских стран на данный момент минимальны. В силу этого основной вектор приложения военно-морских усилий – преимущественно морские поисковые и спасательные, а не боевые операции (определенное исключение представляет проблема разминирования – избавления от «эха войны», сокрытого в черноморских глубинах).

Так, во время нынешней активации BLACKSEAFOR экипажи кораблей провели учения по контролю за надводной обстановкой, плаванию в ордерах, тактическому маневрированию, сигналопроизводству и связи, наблюдению за гражданскими судами и самолетами, передаче грузов, перехвату и досмотру условного судна-нарушителя, организации противовоздушной и противоминной обороны, гуманитарной операции и операции по сохранению окружающей среды.

При этом Россия и Турция заинтересованы в развитии BLACKSEAFOR как фактора, сдерживающего присутствие США в черноморском регионе (так, во время «августовской войны» 2008 г. Анкара запретила американским кораблями проход через Босфор и Дарданеллы), осложненное к тому же черноморской составляющей глобальной проблемы ПРО. Тогда как Румыния и Болгария заинтересованы скорее в усилении американского присутствия и в развитии проекта ПРО в т.ч. за счет его черноморской составляющей.

Внутренние факторы определяются крайне непростыми политическими отношениями между странами-участницами группы, среди которых с одной стороны – члены НАТО (Румыния, Болгария, Турция), с другой стороны – лидер ОДКБ (Россия), а также Грузия и Украина, не входящие в эти военные блоки. На данный момент наиболее напряженными остаются российско-грузинские отношения; непросты также украинско-румынские и – традиционно – украинско-российские отношения.

После российско-грузинского военного конфликта августа 2008 г. Грузия отозвала свои силы из BLACKSEAFOR. С весны нынешнего года Грузия постепенно возвращается к участию в BLACKSEAFOR. В частности, в Севастополь (базу ЧФ РФ) впервые за три года зашел артиллерийский катер Береговой охраны Грузии, а в международном штабе BLACKSEAFOR на должности GOMBLAGKSEAFOR (офицер по связям с общественностью) и OPBLACKSEAFOR (офицер оперативного отдела), были приглашены двое офицеров департамента береговой охраны Грузии.

Однако в целом было бы пока что слишком смело и излишне оптимистично предполагать, что BLACKSEAFOR сумеет окончательно преодолеть накопившийся груз противоречий и перейти на новый этап развития.
Военно-морская составляющая обеспечения и внешней безопасности Украины оставляет желать много лучшего, являясь одной из наиболее проблемных сфер национального военного строительства.
Украина не имеет масштабных военно-морских амбиций (недавняя эвакуационная операция БДК «Константин Ольшанский» ВМС Украины является небольшим приятным исключением). В силу этого ключевым измерением обеспечения внешней безопасности нашего государства является прежде всего субрегиональное, с доминированием не столько «жестких» (военно-«силовых»), сколько «мягких» (военно-гуманитарных) элементов.

В силу этого участие Украины в таких проектах как BLACKSEAFOR помогает приобрести ценный опыт эффективного взаимодействия с флотами других государств.

Вместе с тем, не следует забывать, что BLACKSEAFOR – не более чем один из вспомогательных механизмов, эффективное использование которого возможно лишь при условии оптимального развития военно-морской составляющей внешнего системы национальной безопасности Украины.

Алексей ПОЛТОРАКОВ,

к.полит.н.,
эксперт Центра исследований
проблем гражданского общества

Читайте також

Рекомендації

Це майданчик, де розміщуються матеріали, які стосуються самореалізації людини, проблематики Суспільного Договору, принципів співволодіння та співуправління, Конституанти та творенню Республіки.

Ми у соцмережах

Напишіть нам

Контакти



Фото

Copyright 2012 ПОЛІТИКА+ © Адміністрація сайту не несе відповідальності за зміст матеріалів, розміщених користувачами.