ШОС на пороге перемен

С какими трудностями может столкнуться организация?

2012-07-02 / Алексей Валериевич Фененко — ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН.
шос / Перед лидерами стран – участниц ШОС стоит проблема пополнения своих рядов. Фото Reuters
Перед лидерами стран – участниц ШОС стоит проблема пополнения своих рядов.
Фото Reuters

Участники Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) этим летом стали обсуждать вопросы ее трансформации. Прошедший 6–7 июня Пекинский саммит ШОС выявил тенденцию к расширению круга вопросов, находящихся в ее компетентности. 10 лет назад задачи организации были ограничены тремя сферами: борьба с терроризмом и наркотрафиком, развитие приграничного сотрудничества и поддержание региональной стабильности. Теперь лидеры стран – членов организации дискутируют о том, как расширить сферу внимания и усилий ШОС.

Новые проблемы

Толчком к переменам стало принятое на саммите НАТО в Лиссабоне (20–21 ноября 2010 года) решение о выводе войск альянса из Афганистана к 2014 году. Это событие создало новую стратегическую ситуацию в Центральной Азии.

Во-первых, Россия и КНР взяли курс на усиление ШОС. Еще 26 сентября 2010 года было подписано Соглашение между КНР и РФ о сотрудничестве в борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом. На саммите ШОС в Астане 3 июня 2011 года лидеры России и КНР поставили вопрос о закреплении его положений на уровне документов ШОС.

Во-вторых, действия Москвы и Пекина вызвали настороженное отношение Узбекистана. После событий в Андижане в 2005 году Ташкент добился вывода американских баз с узбекской территории и вернулся в ОДКБ. Российско-китайское соглашение 2010-го пробудило у узбекской элиты опасения, что Центральная Азия станет сферой влияния Москвы и Пекина. Визит в Ташкент госсекретаря США Хиллари Клинтон 22 октября 2011 года продемонстрировал готовность Узбекистана возродить диалог с Вашингтоном.

В-третьих, Соединенные Штаты используют открывшееся окно возможностей для возвращения в Центральную Азию. Американская дипломатия прорабатывает с осени 2011 года два варианта. Первый – предоставление Вашингтону статуса наблюдателя ШОС. Второй – получение США статуса партнера по диалогу с ШОС. Этот статус не предполагает доступа к закрытым документам организации. Но партнер может ознакомиться с их содержанием по запросу к одному из членов ШОС.

В-четвертых, Вашингтон стремится вовлечь Индию в региональные процессы. Администрация Барака Обамы подчеркивает необходимость вовлечения Дели в процесс урегулирования афганского конфликта. Белый дом также поддерживает проект газопровода ТАПИ (Туркменистан–Афганистан–Пакистан–Индия). После 3-го газового конгресса в Туркменбаши 23–24 мая 2012 года американские эксперты заговорили о конкуренции Индии и КНР за центральноазиатские энергоресурсы. Это вписывается в общую тенденцию американской политики сделать Индию противовесом КНР.

В-пятых, повысилась роль Туркмении. К началу 2010-х годов Ашхабад диверсифицировал маршруты транзита. В 2009 году был введен в строй газопровод Туркмения–Китай; в 2010-м – газопровод, соединивший Довлетабадское месторождение Туркменистана и местность Хангеран (Иран). В 2010 году началось строительство газопровода Восток–Запад, соединяющего месторождения «Довлетабад» и «Южный Иолотань» на востоке страны с побережьем Каспийского моря. К этим проектам добавляется подписанное 23 мая 2012 года соглашение по ТАПИ.

В-шестых, правительство Хамида Карзая проводит более самостоятельную политику. Еще в апреле 2008 года министр обороны Афганистана Абдул Рахим Вардак обсудил в Нью-Дели проблемы военного сотрудничества с Индией. 20 января 2011-го было подписано российско-афганское Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве. В сентябре 2011 года в Душанбе состоялась встреча глав «четверки» (Россия–Афганистан–Пакистан–Таджикистан). Появились предположения, что после вывода войск НАТО «четверка» возьмет на себя ведущую роль в афганском урегулировании.

Негативные сценарии

Такой фон порождает неуверенность во всех региональных государствах. Для Таджикистана и Киргизии главная опасность – обвальное падение правительства Хамида Карзая. Узбекистан волнуется по поводу возвращения талибов. Но в Ташкенте также опасаются, что после вывода войск НАТО из Афганистана влияние Москвы и Пекина окажется несбалансированным. В Астане тревогу вызывает как возможная активизация войны в Афганистане, так и усиление давнего регионального соперника – Узбекистана.

Россия и КНР также встревожены перспективами правительства Карзая после 2014 года. Но не меньшие опасения в Москве и Пекине вызывает повторение сценария 2002 года. Весной 2002-го администрация Джорджа Буша-младшего зондировала вопрос о вступлении США в ШОС или предоставлении им статуса ассоциированного члена. Предложения Белого дома поставили ШОС на грань кризиса. Узбекистан поддерживал предложения США. Россия и КНР выступали против подключения Вашингтона к ШОС. Установить партнерство с ШОС Вашингтону в то время не удалось.

Причиной стали жесткие шаги американской администрации в отношении центральноазиатских государств. Но активизация американской дипломатии позволяет предположить, что Вашингтон может вернуться к проектам 2002 года.

Две реформы

На этом фоне стихийно возникают два проекта реформы Шанхайской организации сотрудничества. Первый – реформа через расширение. Еще в 2004–2005 годах статусы наблюдателей в ШОС получили Монголия, Индия, Пакистан и Иран. На Пекинском саммите 2012 года Афганистан получил статус наблюдателя, а Турция – партнера по диалогу. В Пекине также обсуждался вопрос о вступлении в ШОС Индии и Пакистана.

Такой вариант пользуется поддержкой администрации США. Советское понятие «Средняя Азия» включало в себя четыре советские республики: Узбекскую, Таджикскую, Туркменскую и Киргизскую ССР. Центральная Азия в американском понимании помимо них включает в себя западные районы КНР, Афганистан, Пакистан, зону индо-пакистанского конфликта и Монголию. До недавнего времени ШОС была скорее среднеазиатской организацией. Быстрое расширение сделает ее центральноазиатской в американском смысле этого слова. Вашингтон получит возможность использовать ресурсы средних стран и Индии для блокировки ведущей роли Москвы и Пекина в ШОС.

Второй вариант – реформа через усиление институтов. Этот вариант начал обсуждаться на Пекинском саммите ШОС. Предложение президента Казахстана Нурсултана Назарбаева выработать общую стратегию контроля за киберпространством, дискуссии о создании энергетического клуба (с перспективой его взаимодействия с Туркменией) – пробные шары, задел для реформы. В таком контексте логично смотрятся принятые на Пекинском саммите документы по переговорам по ПРО и сохранению стратегической стабильности. Они выступают своеобразной заявкой на превращение ШОС в полноценную организацию, в компетенцию которой входят проблемы безопасности.

Эти тенденции будут вызывать противодействие со стороны США. Вашингтон рассчитывает на поддержку государств, обеспокоенных ведущей ролью России и КНР в бывшей Средней Азии. Поэтому перед ШОС стоят две задачи: (1) определение формата отношений с США и (2) укрепление организации с учетом позиции малых и средних стран. Стремительное расширение вряд ли пойдет на пользу организации.

Коментувати



Читайте також

Це майданчик, де розміщуються матеріали, які стосуються самореалізації людини, проблематики Суспільного Договору, принципів співволодіння та співуправління, Конституанти та творенню Республіки.

Ми у соцмережах

Напишіть нам

Контакти

Фото

Copyright 2012 ПОЛІТИКА+ © Адміністрація сайту не несе відповідальності за зміст матеріалів, розміщених користувачами.